Охотники
После Становления легко потерять голову, начать презирать смертное общество и считать всех людей насекомыми. Однако старые вампиры знают, насколько могут быть опасны люди, и именно поэтому Камарилья поддерживает Маскарад. В Средние Века направляемые Инквизицией массы практически уничтожили общество Сородичей, которые те создавали в течение нескольких тысяч лет. Внутренний Круг понимает, насколько быстро сумеет расправиться с кровососущими паразитами в своей среде современное человечество численностью шесть миллиардов, которое вооружено напалмом, фосфорными бомбами и ядерным оружием.

Большинство смертных, обманутые суеверьями и наукой, не замечают вампиров среди себе подобных, однако есть те, кто знает и боится. Смертные, которые охотятся на Сородичей, известны как охотники или инквизиторы. Большинство из них является представителями враждебной Церкви. Однако несколько смертных из правительственных организаций, тайных обществ и криминальных структур так же знают кое-что о Сородичах.

Инквизиция
Историки думают об Инквизиции как об ужасном проявлении католической церкви, которое существовало с 1231 по 1834 год. Но Сородичам, у которых есть хоть какой-то инстинкт самосохранения известно, что Инквизиция не исчезла в 19 веке, что она существует и по сей день и возможно в еще более пугающей форме. Некоторые смертные из современной Инквизиции вызывают ужас у современных Сородичей.

Простые люди, историки и даже высшие церковные чины, включая Папу, ничего не знают о современной деятельности Инквизиции, так как эта организация крайне засекречена. Нынче она носит название Общество Леопольда и хоть в основном и состоит из католиков, но они уже не единственные ее члены. Члены Инквизиции ставили своей целью искоренение вампиров и других сверхъестественных существ, и она в течение 17 лет находилось под энергичным управлением монсеньора Амелио Карпаччио. Однако после того, как год назад его хватил удар, Общество охватил внутренний кризис, который назревал в течение последних десяти лет.

Безбожность двадцатого века заставила поверить всех, кроме самых пылких инквизиторов, что Апокалипсис не является неизбежностью, что конец света не произойдет ни в конце второго тысячелетия, ни в конце двадцать второго. Однако каждый из членов Общества почувствовал, что Враг готовиться к смене тысячелетий и возможно совершит ужасные деяния мирового масштаба. В то время как некоторые Леопольдовцы опасаются, что Спаситель может никогда не вернуться (хотя об этом никто и не говорит открыто), все они осознают реальную угрозу для человечества, которую представляют из себя создания тьмы здесь и сейчас. И что еще хуже, человечество, которое Инквизиторы защищают, рискуя своими жизнями, стало походить на этих злобных существ и даже принимать их. Моральные принципы Общества так же упали в результате возвращения практики пыток, которые Карпаччио запретил как вещь, неприемлемую для Инквизитора. Разумеется, тайно и неофициально они применялись и раньше теми членами Общества, которые считали их необходимыми.

Весь этот страхи и неопределенность привели к власти лидера, которая уверенна в себе и своих методах (особенно в 212 методах пыток, которые она вернула первым же делом, как только стала Верховным Инквизитором) – Ингрид Байер, которая ранее являлась Архиепископом Австрии и которую за глаза называли «Настоящей Железной Девой».

Вампиры никогда не осознавали, как относительно легко им не-жилось во время руководства Карпаччио. Правление старого и почтенного охотника было ознаменовано уничтожением множества вампиров и гулей, поэтому Сородичи предпочитали проявлять осторожность в отношении Инквизиции. Однако существовали достаточно храбрые (или глупые) вампиры, которые намеренно противостояли Обществу, а так же небольшое количество наглых и умных Сородичей, которые делали инквизиторов своими пешками в Джихаде. Теперь же среди старейшин ходят слухи об инквизиторах, которые предали своих хозяев-Каинитов, высокопоставленного Вентру и его соперника Ласомбру. Скорее всего, эти два Сородича до сих пор томятся в неизвестной темнице, подвергаемые пыткам охотников. Неонаты рассказывают истории о котериях, которые были уничтожены вооруженными мечами инквизиторами, которые раньше не демонстрировали никаких признаков мастерства и хороших боевых навыков. Сильнее же всего детей Каина пугают сообщения об убежищах, которые не подвергались нападением в течение десятилетий, а недавно были уничтожены при помощи напалма.

Разумеется, причиной всех этих событий является Байер. Лишь некоторые старейшины смогли сопоставить чистку в рядах Общества и появление нового Верховного Инквизитора. Цензоры Общества покарали почти всех членов, которые активно шпионили для Сородичей, значительную часть тех, кто «симпатизировал» Проклятым и несколько ни в чем неповинных Леопольдовцев, которые просто хотели исследовать суть проклятья. Лишь несколько кротов смогли пережить чистку в Инквизиции и теперь живут в страхе перед тем, что их сотоварищи раскроют их. Так же Каиниты, опасаясь, что Общество может устроить им западню, по большей части порвали связь со своими тайными шпионами.

Инквизиторы стали сильнее, однако они ослабели кое в чем другом. Хотя Байер приказала снова накалить жаровни, смазать дыбы и плавить свинец в подземельях Инквизиции на всех пяти континентах (Азия по-прежнему находиться вне компетенции организации), использование пыток по-прежнему является спорным вопросом. Большинство ратовало за возвращение этих методов, однако кое-кто ненавидит эту практику. Настоящее проблемой является то, что все эти жестокости лишают Инквизицию ее самого могущественного оружия против вампиров: Истинной Веры. Без нее кресты, святая вода и другие святые реликвии бесполезны – в руках неверующего они не действуют на Сородичей. Монсеньор Карпаччио крайне хорошо понимал, что пытки любого существа подтачивают душу и веру, даже если это существо – нежить. Он видел в уничтожении вампиров не убийства («Соно гиа морти» любил он говорить. «Они уже и так мертвы»), а милосердие, и он считал, что пытки опускают охотника до уровня его жестоких врагов. Однако Верховный Инквизитор Байер, свято уверенная в правоте своего крестового похода и своих методов, не разделяет подобного мнения. Что необычно, она являются редким примером инквизитора, который является искусным мучителем и обладает Истинной Верой. Как оказывается, эти две вещи не всегда взаимоисключают друг друга.

Общество Леопольда может заплатить дорогую цену за то, что выбрало Байер своим лидером. Она провозгласила священную войну против Сородичей и их приспешников (она даже в оборотнях видит помощников вампиров), в которой большинство инквизиторов должно принять участие. Она открыла тренировочные лагеря в Пустыне Черной Скалы, что в Неваде, и в Пиренеях, что в Испании, и таким образом повысила готовность организации к этой войне. Теперь каждый инквизитор носит с собой меч-трость и умеет им пользоваться. Байер лично инструктирует своих подчиненных, как организовывать охоты. Однако к сожалению она не смогла привить своим солдатам моральные идеалы, которые жизненно необходимы. Алкоголь, депрессии и пристрастие к порнографии стали обычным явлением среди Леопольдовцев. К тому же не исключено, что кое-кто из этической элиты Общества может отречься от своих товарищей из-за пыток, хотя сейчас они и выглядят абсолютно лояльными. Что же касается Байер, то она может стать Верховным Инквизитором с самым кротким сроком правления в этом веке, если она доставит слишком много проблем Сородичам – а она их доставляет.

Однако, так или иначе, она Настоящая Железная Дева